Перейти к содержимому

Метка: психотерапия

Опубликовано

   Как правило, я разрешаю своим пациентам звонить или писать мне,  если у них появляются вопросы по их самочувствию. На начальном этапе психотерапии это позволяет вовремя вмешаться и двумя-тремя фразами предотвратить обострение психического состояния. Но есть категории пациентов, которым я категорически запрещаю общаться со мной вне наших встреч. Подавляющее большинство из них страдают зацикленностью на своем здоровье. Они уже достаточно хорошо осведомлены о специфике своего состояния, а звонок доктору используют лишь как самый простой способ остановить овладевающее ими и всепоглощающее чувство обострения «смертельно опасной болезни», которая (как им опять же кажется), если срочно не вмешаться, неминуемо убъет их.  Для одного это «инфаркт», другого инсульт, СПИД и масса других угрожающих здоровью болячек.  Доктор для них, таким образом, превращается в разновидность спасительной таблетки. Слыша в трубку, вместо ожидаемой поддержки, жесткую и порой уничижительную оценку их поведения, некоторые из них обижаются, но подавляющее большинство делает правильные выводы. Еще раз подчеркну, что речь не идет о пациентах, которых я вижу впервые. Это те люди, с которыми у меня установлены доверительные отношения и которые прошли достаточное обследование для исключения у них серьезных соматических болезней.

    Почему же нельзя потакать слабости пациента, с мольбою и порой слезами на глазах взывающего о помощи? Не противоречит ли это врачебной этике? Все до банальности просто. Подобный вариант поддержки, не смотря кажущуюся эффективность (ведь человек на глазах из только что умирающего становится живее всех живых), на деле отбрасывает пациента назад, усугубляя его зависимость от собственного страха за свое здоровье. Вот почему, инструктируя родственников пациентов, психотерапевты предупреждают их о недопустимости подобного поведения. Да, пациенты всегда положительно реагируют, когда близкие люди в эти трудные минуты успокаивают и сочувствуют их страданию. Но не лишним, в такой ситуации, будет помнить, что страдание–то мнимое!!! А значит, подобная реакция будет лишь подкреплять его, с каждым разом все более и более усугубляя. Конечно, мужа, жену или друзей пациента не стоит науськивать на то, чтобы они начинали подтрунивать над ним или увещевать словами, мол, «как ты меня достал своими болячками». В этом случае параллельно с выздоровлением они рискуют остаться без их друга или супруга. Реакция в идеале должна быть нейтральной: не разделяя паники близкого человека, дать ему понять, что он сможет с ней справиться собственными силами. Можно также с добрым юмором напомнить ему, сколько раз он уже таким образом прощался с жизнью?

   Все усилия психотерапевта и родственников должны быть направлены на то, чтобы отрезвить и очистить отношение пациента к своему состоянию. Только когда он соглашается и принимает установку, что собственный организм (точнее восприятие, искаженное страхом) его обманывает, пациент оказывается способным сделать шаг навстречу страхам  вопреки любых пугающих симптомов. В противном случае они будут повторяться, заставляя пациентов сомневаться в правильности лечения, пытаясь найти органические (биологические) объяснения своим состояниям. Интернет и медицинские справочники, к сожалению, также оказывают им в этом медвежью услугу. Вместо попыток совладать со своими страхами, они вновь погружаются с головой в различные обследования и упрямо штурмуют врачебные кабинеты. Нередко бедалаги таки находят «своих» врачей, которые с легкостью назначают им таблетки для лечения  начальных проявлений гипертонической болезни, фарингитов, гастритов, колитов, циститов и массы других нарушений, которыми страдает каждый второй житель нашей многострадальной страны. Нет, эти болячки, действительно, могут иметь у них место! Но их нужно рассматривать лишь фоном, который во сто крат усиливается и искажается их тревожным восприятием. И можно сколько угодно лечить  их различными дорогими и не очень таблетками, но пока будет сохраняться тревожное или чаще  даже тревожно-депрессивное состояние, проку от подобной терапии не будет. «Не пытайтесь найти черную кошку в  темной комнате, особенно когда ее там нет»!

         Заканчивая этот пост, предвкушаю вопрос читателей, мол, «ну и что же дальше»? Как справиться с этим пресловутым тревожно-депрессивным состоянием? Призываю набраться терпения, так как разговор предстоит серьезный и долгий. Ждем ваших комментариев, и следите за дальнейшими нашими публикациями!

Опубликовано

    Приглашаем всех желающих 15 апреля в 19 00 принять участие в вебинаре "Управление психикой и ресурсами организма. Вводные замечания".  Данный вебинар открывает цикл образовательных программ, направленных на развитие навыков понимания и управления своей психикой при переживании выраженного стресса. В рамках онлайн-мероприятия планируется рассмотреть следующие вопросы:

  • общее представление об особенностях функционирования психики в условиях психического напряжения
  • принципы управления психическими состояниями
  • обзор методов саморегуляции психических состояний

Вебинар проводит врач-психотерапевт кмн Лыков Валерий Иванович. Трансляция будет доступна на нашем ютуб канале "Лабиринт П" здесь.

Опубликовано

  Речь здесь пойдет о лечении нарушений психики, при которых не наблюдается бреда, галлюцинаций и других признаков грубых нарушений способности к критическому восприятию человеком окружающей действительности и самого себя. Это, в свою очередь, означает, что пациент в таком состоянии сохраняет возможность адекватного осмысления происходящего с ним и может быть полноценным союзником психотерапевта, помогающего ему справиться с расстройством. К этой категории нарушений относятся, пограничные психические расстройства. Говоря чуть более профессиональным языком, это невротические состояния, психосоматические расстройства и другие нарушения, связанные с переживаниями чрезмерного стресса и развивающиеся преимущественно по психологическим механизмам. Самые частые жалобы такого рода пациентов связаны с переживаниями различной интенсивности тревоги, страхов, пониженного настроения и общей угнетенности, с сопутствующими нарушениями сна, работоспособности и фиксацией на своем здоровье.

     Почему я решил поднять аспект именно медикаментозной терапии? Разве данный вопрос подразумевает какие-то подводные камни? К сожалению, да!  И очень хочется, чтобы пациенты с подобными нарушениями имели более полную информацию о них.

    В последние несколько десятилетий в головах не только биологических ориентированных психиатров, но и врачей других специальностей, сформировался устойчивый стереотип, что по настоящему действенная помощь при пограничных нарушениях невозможна без применения психофармакологии. Все это подкрепляется результатами многочисленных научных исследований, подтверждающих эффективность такой терапии. Теперь уже и пациенты, приходя за помощью, в первую очередь спрашивают, мол, выпишите мне доктор какие-нибудь пилюли, чтобы прошли страхи, восстановился сон и вернулась радость к жизни. Врачи, естественно, не отказывают. Благо у них есть, что предложить. Ведь арсенал психотропных препаратов, на сегодняшний день, просто огромен. Это и транквилизаторы, и антидепрессанты, и нейролептики различных калибров. Психиатр в глазах пациентов представляется неким гуру, который способен по выявляемым симптомам разглядеть внутримозговые биохимические сдвиги и подобрать соответствующие препараты, чтобы их скорректировать.   Но так ли на деле все очевидно с обоснованностью и эффективностью психофармакотерапии?  Попытаемся в этом разобраться более детально, отталкиваясь не только от своего клинического опыта, но и результатов серьезных научных исследований, о которых не так широко сообщается нашей прессой. При подготовке материала я использовал следующие источники:

- The Emperor’s New Drugs: Exploding the Antidepressant Myth by Irving Kirsch ( Ирвинг Кирш «Новые лекарства императора: Разрушение мифа об антидепрессантах»)

- Anatomy of an Epidemic: Magic Bullets, Psychiatric Drugs, and the Astonishing Rise of Mental Illness in America by Robert Whitaker (Роберт Уитакер «Анатомия эпидемии: Магические пули, психотропные препараты и поразительное повышение психической заболеваемости в Америке»)

- Unhinged: The Trouble with Psychiatry—A Doctor’s Revelations About a Profession in Crisis by Daniel Carlat (Дэниел Карлат «Помешанный: Проблема психиатрии — откровения врача о специальности в кризисе»)

- Marcia Angell, “The Epidemic of Mental Illness: Why?,” The New York Review, June 23, 2011 (Марчия Анджелл «Эпидемия психических заболеваний: Почему?) – источник на русском языке http://psy-ome.in.ua/publ/nauchnye/ehpidemija_psikhicheskikh_zabolevanij_pochemu/2-1-0-40

- Bad Pharma: How Drug Companies Mislead Doctors and Harm Patients by Ben Goldacre (Бэн Голдакр «Вся правда о лекарствах. Мировой заговор фармкомпаний») - книга издана на русском языке М:РИОЛ классик, 2015

   Теперь тезисно рассмотрим те моменты вышеизложенных работ, которые, мы надеемся, подобно ушату холодной воды отрезвят или, по меньшей мере, заставят задуматься некоторых ярых поборников медикаментозной терапии пограничных психических расстройств.

  1. Концепция о том, что психическое заболевание вызывается химическим дисбалансом в головном мозге, до сих пор остается неподтвержденной гипотезой. Эта теория стала широко принята средствами массовой информации и общественностью, а также медицинскими работниками после того, как на рынок в 1987 году пришел Прозак (Prozac). Он интенсивно пропагандировался в качестве корректирующего средства для дефицита серотонина в головном мозге. В следующие десять лет количество людей, которые получали лечение от депрессии, утроилось, и в настоящее время около 10 процентов американцев в возрасте старше шести лет принимают антидепрессанты. Рост употребления лекарств для лечения психозов еще более драматичен. Новое поколение антипсихотических препаратов, таких как Risperdal, Zyprexa и Seroquel, сменил лекарства для снижения уровня холестерина в топ-листе самых продаваемых препаратов в США. Мы не будем здесь подробно излагать историю разработки психотропных препаратов. Укажем лишь на спорные моменты логики их исследователей. Итак, психотропные эффекты первых препаратов для лечения психических нарушений были отрыты случайно в ходе изучения некоторых препаратов для лечения инфекций.  Вначале никто и понятия не имел, как они работают. Они просто притупляли мешающие психические симптомы. В ходе их дальнейшего изучения определили, что какие-то из них влияют на уровень дофамина, а какие-то – на уровень серотонина. Таким образом, возникла гипотеза, что и психические заболевания могут возникать из-за дисбаланса данных медиаторов. Чем же несовершенна эта гипотеза? По мнению ряда ученых она представляет собой некую логическую несуразицу. Карлат формулирует это так: «По этой же логике можно утверждать, что причина всех болей — дефицит опиатов, так как наркотические обезболивающие активируют опиатные рецепторы в головном мозге… Или это аналогично заявлению, что лихорадка вызывается слишком малым содержанием аспирина». Безусловно, в настоящее время детально изучены механизмы воздействия психотропных препаратов на головной мозг, но это пока не сильно приблизило нас к пониманию механизмов функционирования психики в норме и при патологии.  Оставим, однако, споры ученых на суд научной общественности и подойдем к решению вопроса с практической стороны.
  2. Эффективность антидепрессантов при использовании по прямому назначению зачастую оказывается сомнительной. Изучая эффекты плацебо в 1995 году И.Кирш и его коллеги, просмотрели тридцать восемь опубликованных клинических испытаний, в которых различные методы лечения депрессии сравнивались с плацебо или психотерапия сравнивалась с отсутствием лечения. Большинство таких испытаний длятся от шести до восьми недель, и за это время в состоянии пациентов наблюдается положительная динамика даже без какого-либо лечения. Однако Кирш обнаружил, что плацебо были в три раза эффективнее, чем отсутствие лечения. Это не особенно удивило его. Его удивил тот факт, что преимущество антидепрессантов перед плацебо было минимальным. По шкале, которая использовалась для измерения депрессии, эффективность плацебо по сравнению с антидепрессантами составляла 75 процентов. Затем Кирш решил повторить своё исследование путём изучения более полного и стандартизированного набора данных. Он использовал Закон о свободе информации (Freedom of Information Act) для получения рецензий FDA на все плацебо-контролируемые содержащие положительные или отрицательные результаты клинические испытания, которые предоставлялись для предварительного одобрения шести наиболее широко используемых антидепрессантов, одобренных между 1987 и 1999 годом, — прозака, паксила, золофта, селексы, серзона и эффексора. Этот набор данных был лучше, чем тот, который использовался в его предыдущей работе. В общей сложности было сорок два клинических испытания шести препаратов. Результаты большинства из них были отрицательными. В целом, по Шкале депрессии Гамильтона (HAM-D), широко используемому методу оценки симптомов депрессии, эффективность плацебо по сравнению с препаратами составила 82 процента. Средняя разница между препаратами и плацебо составляла лишь в 1,8 балла по шкале HAM-D, разница, хоть и значимая статистически, но бессмысленная клинически. Результаты были почти одинаковы для всех шести препаратов: все они в равной мере не производили впечатления. Тем не менее, поскольку исследования с положительными результатами широко публиковались, в то время как исследования с отрицательными результатами скрывались, общественность и медицинские работники пришли к убеждению, что эти препараты являются высоко эффективными антидепрессантами. Дальнейшие исследования привели его к еще менее утешительным выводам, о которых, чтобы не уйти в сторону от основной темы повествования, я пока умолчу.
  3. Фарминдустрия манипулирует общественным мнением и научным сообществом, пытаясь преувеличить значение психофармакотерапии в лечении психических нарушений. «Нам хочется верить в то, что все врачи опираются на проверенные данные и результаты честных исследований. На самом же деле эти исследования часто проводятся с грубыми нарушениями. Нам хочется думать, что врачи ознакомлены с данными предыдущих исследовательских работ, но на самом деле большая часть данных скрывается от работников медицины фармацевтическими компаниями». Этот отрывок взят мной из книги Бена Голдакра. Он наполнил ее массой фактического материала, показывающего насколько беспринципно по отношению к людям способна вести себя фарминдустрия в погоне за прибылью. А вот один, из приведенных автором примеров того, как фармкампании манипулируют мнением психиатров. «В 2008 году группа исследователей (Turner E.H. et al, 2008) решила проверить, сколько результатов было опубликовано после проведения исследований антидепрессантов, попавших на рынок в период между 1987 и 2004 гг., о которых когда-либо заявлялось в Управление по контролю за качеством пищевых продуктов и лекарственных веществ…. Исследователи нашли в общей сложности 74 эксперимента, заслуживающих внимания, где принимали участие 12500 пациентов. 38 из этих исследований дали положительные результаты, которые подтверждали эффективность препарата, а результат 36 был отрицательным. В итоге данные по негативным и положительным эффектам распределились поровну. Затем исследователи занялись поиском информации об этих клинических экспериментах в научной литературе, опубликованных материалах, открытых для врачей и пациентов. Картина получилась совсем другой. По 37 исследованиям, принесшим положительные результаты, то есть по всем, кроме одного, результаты были опубликованы полностью, часто с хвалебными отзывами. Однако у исследований, показавших отрицательные данные, была другая судьба: было опубликовано только три из них». Комментарии здесь, как говорится, излишни.

    Вместо заключения. Собирая материал для этой статьи, я меньше всего хотел поставить под сомнение успехи психофармакологии или объявить войну фарминдустрии. Истина, как известно, всегда где-то посредине. Куда важнее для меня было сформировать у заинтересованной аудитории более взвешенное и без завышенных ожиданий отношение к медикаментозной терапии психических нарушений. Особенно это касается пограничных расстройств. Да, автору этой статьи нередко самому приходиться назначать своим пациентам с подобными нарушениями транквилизаторы и антидепрессанты. Но я всегда честно предупреждаю, что, во-первых, без медикаментов можно обойтись, если пациент готов принять возможные колебания своего психического состояния в переходном периоде. После установления терапевтического контакта (рапорта) болезненные симптомы уже поддаются коррекции только за счет психотерапии.  Во-вторых, даже в случае назначения психотропных препаратов, полноценное лечение немыслимо без психотерапевтического сопровождения. В противном случае с большой вероятностью произойдет рецидив расстройства. И это не мой каприз как психотерапевта, а сермяжная правда, которой я нахожу ежедневное подтверждение на практике. Чтобы избежать рецидива, даже в случае комплексной терапии пациента необходимо наблюдать еще минимум месяц после отмены медикаментозного лечения. Заканчивая статью, я отдаю себе отчет в том, что многие вопросы в ней освещены поверхностно. Поэтому мы будем еще не раз возвращаться к этой теме. Направление же дальнейшего обсуждения пусть нам укажут ваши комментарии.

 

Опубликовано

   Продолжим далее развивать тему «Как не закопаться в информационном мусоре о лечении  панических атак». На повестке дня расшифровка пункта III, посвященного ресурсам, содержащим явную или завуалированную рекламу БАД, всевозможных сомнительных приборов и других псевдонаучных способов коррекции панических состояний.

https://youtu.be/q9YAXbR48ow

    Начнем с БАДов. Я долго думал, что нужно сказать по этому вопросу, чтобы это не выглядело, как цитирование других источников. В конце концов, решил, что не буду повторять очевидные истины о бесконтрольности рынка БАДов у нас в стране, спорах об их бесполезности и необоснованной дороговизне. Даже если вам повезло, господа, и вы приобрели действительно качественный продукт, он в лучшем случае не нанесет вам вреда. Гипотетически даже укрепит ваш организм. Но чтобы справиться с паниками, этого недостаточно. Если же вдруг в состав БАДов будут входить вещества с психостимуляторующим действием (как, например, в используемые для похудения), то вполне ожидаемо и усиление паник. Почему БАДы можно рассматривать не более чем поддержкой находящегося в стрессе организма, вы лучше поймете, когда мы будем говорить о роли и месте медикаментозного лечения панических расстройств в целом. Здесь же пока принять на веру тезис, что в настоящее время биологическую терапию панических состояний нельзя считать базовой (ключевой).

  Примерно то же самое можно сказать и относительно приборов, претендующих на лечебные эффекты в отношении панических состояний. Во-первых, хочется предупредить пациентов - не все красивые коробочки с мигающими лампочками являются физиотерапевтическими приборами. Поэтому, чтобы не выбрасывать деньги на ветер, надо смотреть сертификаты и отзывы об этих аппаратах независимых медицинских экспертов. Во-вторых, даже сертифицированные и хорошо зарекомендовавшие себя приборы для физиотерапии пограничных состояний (к ним, напомним, относятся панические расстройства) используются исключительно в рамках комплексной терапии. Если же вам обещают чудо-эффекты от применения тех или иных аппаратов, то с большой вероятностью это обман. Не введитесь на такую рекламу.

     Приступим теперь к рассмотрению основного  пункта из нашего списка – анализу материалов, авторство которых принадлежит профессионалам. Казалось бы,  к этой рубрике должно быть меньше всего вопросов. Но не тут-то было! Расшатанную паниками психику пациентов здесь ждет очередное испытание. Дело в том, что у специалистов до сих пор нет единого мнения относительно алгоритма коррекции панических расстройств. Нет, конечно же, и диагностика, и выделение различных вариантов паник, и отделение этих состояний от реальных заболеваний внутренних органов - проблем у профессионалов, как правило, не вызывает. Но что делать с этим состоянием дальше? И вообще …. это болезнь или нет? Существует ли опасность для здоровья человека, если он не получает адекватной помощи?

    Легче всего на эти вопросы отвечают биологически ориентированные психиатры и неврологи. Для них человек это не более чем биологическая машина. Панические расстройства – болезнь мозга, обусловленная дисбалансом медиаторов. Неврологи добавляют, что при этом начинает страдать вегетативная нервная система, нарушение которой и вызывает то многообразие телесных проявлений.  Отсюда следует, что пока пациент не начнет пить психотропные препараты, призванные помочь мозгу (транквилизаторы, антидепрессанты, а иногда нейролептики и ряд других), проблема с мертвой точки не сдвинется. Звучит все очень даже весомо и убедительно.

    Вы спросите, в чем же уязвимость подобной точки зрения? Дело в том, что это только гипотеза! Если кто-то из психиатров начнет сейчас возмущаться, то пусть назовет хоть один из лабораторных показателей, который используется или мог бы использоваться в клинике, чтобы объективизировать указанный медиаторный дисбаланс. Таковых в реальности нет. Все остальные слова, мол, разработка их дело ближайшего будущего, находятся вне научно-практической плоскости. Помогают ли психотропные препараты? Да, с их помощью можно добиться прекращения паник. Но можно ли назвать их прием лечением и почему вскоре после их отмены паники возобновляются? Это большой вопрос!?!

   Кардинально противоположную точку зрения можно услышать из уст некоторых психологов. Они намеренно дистанцируются от биологии и концентрируются на психологических условиях. Вот как звучит их призыв:        - Если вы хотите справиться с паниками, надо перестроить мышление, научиться слушать и слышать себя, пересмотреть условия жизни и работы  и т.д. и т.п..

   Меня лично в данной позиции привлекает то, что эти специалисты абстрагируются от понятия болезни для объяснения панического состояния. И в целом сложно не согласиться с выдвигаемыми ими требованиями. Другое дело, что они, возможно, недооценивают тех качественных изменений, которые происходят в психике людей, переживших панические состояния. Вот почему, зачастую, предлагаемый такими психологами подход, на практике терпит неудачу.

     А что же наши разлюбезные психотерапевты? Поскольку я сам в первую очередь идентифицирую себя с этой категорией специалистов, то отраслевые проблемы принимаю особенно близко к сердцу. Их, как известно, так много, что некоторые ученые утверждают, что психотерапия на сегодняшний день не дотягивает до уровня научной дисциплины. И это отдельная тема для дискуссии, правда,  исключительно в кругу специалистов. Что же касается позиции психотерапевтов относительно коррекции панических расстройств, то ее можно было бы обозначить как промежуточную относительно двух озвученных выше. Поскольку юридически называть себя психотерапевтами могут только врачи, прошедшие психиатрическую подготовку, то с биологическими приемами лечения панических расстройств они, как правило, хорошо знакомы. Более того, некоторые только этим и ограничиваются. Справедливости ради, хочется сказать, что подавляющее большинство из них все же считает психотропную терапию панических состояний лишь одним из этапов лечения.

     Настоящая же путаница начинается, когда мы попытаемся разобраться с пониманием психологических механизмов паник. Без этого эффективная психотерапия невозможна. На сегодняшний день известно более четырех сотен видов и методов психотерапии. Каждое из них претендует на свой «уникальный» взгляд на коррекцию панических состояний. При этом некоторые подходы, явно демонстрируя непримиримость, предлагают  прямо противоположные пути решения сложившихся проблем. Например, представители поведенческого направления в психотерапии, не понимают и не принимают психоанализа. А психоаналитики аналитического (юнгианского) направления будут клеймить классический (фрейдисткий) психоанализ.

    Чтобы не запутаться окончательно, я предлагаю остановиться. Думаю, вы теперь лучше поняли, почему я отговариваю своих пациентов от поисков ответов в интернете. Да! Чуть не забыл! Некоторые вертеброневрологи пытаются объяснить панические состояния через проблемы позвоночника. Скажу вам честно, я не знаю ни одного случая панических состояний, излеченных исключительно с помощью мануальной терапии. Зато у меня было несколько пациентов, у которых паники дебютировали после некорректных манипуляций (чаще на шейном отделе позвоночника) мануальных терапевтов. Окончательный вывод таков, что паники часто возникают у пациентов с проблемным позвоночником, но роль остеохондроза в их возникновении вторична. Чтобы разорвать порочный круг симптомов, одних манипуляций с позвоночником недостаточно. Цементом состояния служит тревога. Не устранив ее, пациент рано или поздно вновь вернется на исходную позицию.  Причем, острых проблем с позвоночником, как таковых, может уже и не быть, а ощущения будут продолжать беспокоить. Вот такая интересная диспозиция.

  Завершая эту часть серии передач о панических расстройствах, я предполагаю, что наши слушатели, возможно, на выходе испытывают замешательство и чувство незавершенности. Полученная ими информация, вряд ли уменьшила неопределенность и тревогу. Они сейчас находятся в положении путешественника, которому, мало того, что дали очень грубую карту местности, но еще и компасом не снабдили. Однако поверьте мне, я не стал бы так критически подавать материал, если  не имел наработанной годами альтернативной позиции, которую не собираюсь от вас утаивать. А это значит, что и карта панических состояний будет нами дорисована, и компас, чтобы в них не заблудится, вы получите.

Опубликовано

    Здравствуйте всем! Сегодня мы начинаем серию материалов, посвященных одной из самых злободневных проблем современности – паническим расстройствам.

https://youtu.be/DZnR4ednAuo

   Так уж получилось, что подавляющее большинство пациентов в моей психотерапевтической практике составляют лица с подобного рода нарушениями. Неизменно с самых первых дней нашего взаимодействия я инструктирую их, чтобы они, пытаясь разобраться в своем состоянии, переставали копаться в интернете. И почти также неизменно они об этом забывают, как только оказываются под влиянием очередной панической атаки. Людей в подобном состоянии можно понять. Они ищут поддержки, пытаются найти опровержение своим страхам или, наоборот, обнаружить другое альтернативное объяснение своим столь пугающим ощущениям. Как правило, после полученных ими подобным образом интернет-откровений, очередную встречу мне приходится начинать с ответа на вопросы типа «а правда ли…», «а нет ли у меня, доктор..», «а у меня точно не ….» и т.д. и т.п.. На самом деле, я не против размещения в интернете информации о психических нарушениях и методах их коррекции. Хотелось бы только, чтобы материалы эти подавались корректно! Поэтому в какой-то момент мне надоело выступать только в роли информационного ассенизатора, а попробовать действовать с упреждением. Одним словом, я решил получить собственное представление, какие потоки информации сваливается на ослабленные паниками головы моих пациентов в интернете. Вот что из этого получилось.

   В возможно несколько грубоватом приближении, все материалы по паническим расстройствам, представленные на бескрайних просторах интернета можно классифицировать следующим образом:

  1. Статьи, ролики, различные форумы, в которых сами пациенты делятся опытом мытарств и рецептами преодоления панических состояний.
  2. Интернет ресурсы эзотерической направленности, на которых о панических расстройствах рассуждают маги, колдуны, ведьмы и другие подобные сказочные персонажи.
  • Ресурсы, созданные с целью явной или завуалированной рекламы БАД (биологически активных добавок к пище), сомнительных приборов и других псевдонаучных способов коррекции панических состояний
  1. Сайты, на которых представлены материалы по диагностике и лечению панических расстройств, подготовленные профессионалами – психологами, психиатрами, неврологами и психотерапевтами.

Какому же воздействию подвергается психика пациентов с паническими расстройствами от размещенной на данных ресурсах информации? В чем их сильная сторона и недостатки? Начнем по порядку.

   Что касается творчества пациентов, скажу честно, то мое отношение к такому роду активности в интернете двойственное. Понятно, что за этим стоит, с одной стороны,  вопль о помощи и потребность быть услышанным, с другой – искреннее желание поддержать ближнего, попавшего в аналогичную западню. Объяснимо и поведение внимающих им людей, переживших первый опыт плохо контролируемого страха и озадаченных поиском выхода из сложившейся ситуации.  Но что в реальности они получают? Новоиспеченные пациенты, попадая на форумы страдальцев с паническими расстройствами, в первую очередь сталкиваются с исповедями людей, пытающихся многие годы и безуспешно вылечиться от панических атак.  И лишь единицы статей написаны бывшими пациентами, справившимися с этим нарушением и делящимися положительным опытом. Согласитесь, подобная информация вряд ли прибавляет оптимизма? Попробуйте доказать этим бедолагам, что победивших паники значительно больше!?!  Просто, такова уж людская психология. Далеко не всем хочется возвращаться в столь неприятное прошлое, когда жизнь и без того наполнена массой повседневных забот.    Кроме того, им пока невдомек, что за внешне сходными приступами паники, могут стоять  различные истории их формирования, разные типы личности, а, значит, разные способы коррекции и, что ни маловажно, свои сроки и перспективы выхода из подобных состояний. Это, в свою очередь, означает, что универсальных рецептов коррекции панических расстройств в природе не существует.

   Паническое расстройство, как и любое другое психическое нарушение, всегда имеет духовную составляющую. Независимо от степени религиозности человека паническая атака воспринимается обычно как внезапная аварийная остановка на жизненном пути.  Состояние человека, пережившего повторные паники можно сравнить с чувствами автомобилиста, который на своем авто таранит дорожное  ограждение, и чудом не сваливается в пропасть. Казалось бы, можно спокойно выдохнуть, но тут оказывается, что двери заблокированы, а машина предательски начинает сползать вниз…  На фоне подобных переживаний человек невольно переосмысливает свою жизнь. Это может стать началом настоящего духовного преобразования. Однако состояние крайней растерянности, в котором особенно на первых порах пребывают все, пережившие панику, нередко подталкивает их не к религиозному поиску, а обращению за помощью оккультного (магического) толка. Этим объясняется и большое количество материалов подобной направленности в интернете, и обилие предложений на этом рынке услуг.  Свое резко отрицательное отношение к такой  «магической помощи» мне хочется проиллюстрировать краткой историей, случившейся с одним из моих пациентов.

   Я был для этого человека не первым, к кому он обратился в связи с повторными паническими атаками. Драматизм ситуации заключался в том,  что перед встречей со мной он посетил колдуна. Общение с ним не только не убавило страха, а, наоборот, лишь еще больше подлило масла в огонь. После нескольких магических телодвижений потомственный колдун сообщил ему, что на него наведена порча на смерть, и он должен умереть в течение недели. На вопрос приговоренного, дескать, что можно в этой ситуации сделать, маг ничтоже сумняшеся предложил свой путь спасения. От порчи он гарантированно обещал избавить, а взамен спасенной жизни просил этакую малость – подарить ему однокомнатную квартиру. Нет, доктор колдовских наук, конечно же, все объяснил. Мол, не простая это задача – с одного порчу снять, потом на другого перенаправить. Ответственность, сами понимаете, слишком высока!!! Отсюда и цена такая. Самое смешное, пациент этот, по своим финансовым возможностям, мог такие траты себе позволить, но взял паузу и обратился за альтернативным мнением к психотерапевту. На этом интрига заканчивается. Трагедии через неделю, естественно, не произошло. Здравствовал он и спустя год, после курса психокоррекции. В этом я убедился, случайно встретившись с ним на улицах Санкт-Петербурга, где тогда имел честь работать.

     И как прикажете к этому случаю относиться? Да, я уважаю парапсихологию, как нечто неизведанное. Понимаю также, почему данное направление  критически воспринимается авторитетными общественными институтами (наукой, церковью и т.д.). По этой же причине возражаю против нездорового интереса, который пробуждается нашими СМИ к паранормальным явлениям. Что же касается оценки самих практикующих магов и чародеев, то, я, не покривлю перед истиной, если назову 90% из них банальными и циничными мошенниками. Такова моя позиция.